Я верю, что Эван Робертс нес духовные истины, которые могли бы потрясти мир, но эти истины были только в его сердце.
Помехи приходящие и уходящие
Когда люди услышали о том, что он отменил служения, они оскорбились и возмутились. Несмотря на сильное утомление, Эван под давлением был вынужден возобновить служения.
Но как и следовало ожидать, на служениях его разум был затуманен и он резко обличал толпу. Он даже стал указывать на ‘помехи приходящие’ и ‘помехи уходящие’. Людей стали больше волновать пороки, на которые он указывал, чем жажда познать Бога. После этого жалобы и критика посыпались на Эвана с каждого угла Уэльса. Его называли ‘гипнотизером’, ‘эксгибиционистом’ и ‘оккультистом’. В ответ на это Эван стал обличать целые собрания в холодности сердца из-за одного или двух человек, появляющихся на его служениях. Он однажды даже осудил ‘душу’ человека, запретив молиться за него.
Обвинения и критика распространялись, как пожар. Каждый день в газетах и письмах появлялись новые, все более резкие обвинения. На каждое собрание приходили агностики, называвшие его ‘носителем чуждого огня’ или ‘осквернителем’. Друзья пытались оправдать его действия, говоря, что он был молодым, неопытным служителем и совершал ‘ошибки, свойственные молодости’.
Вскоре Эван Робертс пережил ещё один физический и эмоциональный срыв. К восторгу своих критиков Эван отменил все свои служения. Его объявили неуравновешенным человеком и обращенные стали задумываться, не были ли они прельщены сатаной. В связи с этим психологи, осмотревшие Эвана, опубликовали такое заключение: ‘Человеческий организм не может выдержать такого огромного напряжения и периодических мощных потрясений, истощающих нервную систему, разум и тело’20. После этого Эван на какое-то время сошел со сцены.
Великая слава, великое напряжение
Пытаясь противостоять критикам, его сторонники устремились к секретарю Эвана с просьбами о возобновлении служения. После короткого отдыха он согласился принять приглашения и опубликовал маршрут служений в газетах.
В день его первого служения улицы были переполнены. Сотни людей прибыли заранее, чтобы успеть занять место. Перед самым началом его секретарь вышел на сцену и прочитал записку от Эвана: ‘Скажи людям, что я не приду на служение. Дух удерживает меня, и я не могу говорить’. Послышались крики разочарования и гнева, Даже друзья Эвана не могли поддержать такое ‘водительство Духа’. Единственное, что они могли сказать о нем, так это то, что он испытывает большое напряжение.
Эван замкнулся в одиночестве и проводил время в Слове и молитве. Но через какое-то время он все же вернулся к публичному служению. На этот раз все выглядело так, как в ранние дни пробуждения. Эван рассматривал себя ‘особым посланником от Господа, который поднимает церкви для выполнения задачи спасения нации ‘.
Снова поднялась острая критика. Эван, не отличавшийся особой сдержанностью, открыто обличал общественных лидеров, a об одной церкви, в которой служил, сказал, что она не ‘основана на Камне’. Крупный инцидент произошел на собрании в той самой церкви, куда Эван пришел вместо отсутствующего пастора. Придя туда, он не вышел на сцену ив течение двух часов безмолвно сидел на стуле. Когда находившиеся там служители начали открыто протестовать, Эван встал и вышел из церкви. Вернувшийся пастор пообещал, что служения будут продолжаться в мире и попросил служителей сохранять спокойствие. Когда в тот вечер Эван вышел на сцену, он улыбнулся и посоветовал собравшимся изучить истинного Пастыря в 34 главе книги Иезекииля’.
Физическое состояние Эвана ухудшалось, и его эмоциональные раны становилось все труднее исцелять. Он стал сильно волноваться по мелочам. Он принимал на свой счет, когда слышал, что обращенные ‘бранятся вслед за дьяволом’ или ‘следуют за целителями и пророчицами’. В результате большую часть времени он находился в подавленном состоянии.
Критическая точка падения Эвана Робертса приходится на время, когда летом 1906 года он вернулся в северный Уэльс. Его попросили принять участие в кесвикском Пасхальном собрании для служителей и лидеров. Именно там он начал говорить о том, что назвал своим ‘новым бременем’ – отождествлением с Христом через страдания. Вскоре после этого он испытал новое перенапряжение и опять сорвался.
Входит Иезавель
На служении в Кесвике Эвану представили миссис Джесси Пен-Льюис. Миссис Пен-Льюис была влиятельной и богатой женщиной из Англии. Она также была служителем, но её служение в Уэльсе не принималось из-за серьезных доктринальных разногласий. Там отвергали её учение ‘страдания’ и не разрешали проводить служения в стране.
Услышав проповедь Эвана о кресте, миссис Пен-Льюис стала его поддерживать, чтобы завоевать его расположение. Друзьям она говорила, что Эван ‘должно быть, слишком устал и нуждается в отдыхе’. Затем она убедила Эвана в своей поддержке, всячески расхваливая его прекрасное учение и указывая ему на гонения, которым он из-за него подвергается. Находясь в ослабленном состоянии, Эван попал под её влияние. Меньше чем через месяц постоянного общения с Пен-Льюис Эван пережил четвертый и самый серьезный нервный срыв.
Недавно обнаруженные письма показывают, что у Пен-Льюис были скрытые мотивы в отношении Эвана Робертса. Она часто использовала его имя для оправдания собственных методов и убеждений. Она также говорила служителям Уэльса, что её настолько удручает их мнение о ней и её учении, что ей не хочется возвращаться в их страну. И она добавляла, что для Эвана тоже лучше оставаться подальше от Уэльса, потому что он, как и она, слишком сломлен, чтобы что-либо делать’.
После этих слов Пен-Льюис Робертса быстро и тихо увезли на поезде из его любимого отечества и места своего призвания. Пен-Льюис с мужем привезли Эвана в своё имение в Англии, называемое Вудлендс. Затем они перестроили дом специально для Эвана Робертса. Они сделали ему спальню, молитвенную комнату с отдельным входом. Именно здесь великий евангелист оставался прикованным к постели.
Глава 21 третьей книги царств
В Вудлендсе Пен-Льюис ежедневно посещала Эвана. Эван с уважением слушал её рассуждения ° о тех ‘ошибках и неправильных оценках’, которые, по её мнению, он совершил во время служения, Но Эван не мог сознавать, что то что говорила эта женщина, основывалось исключительно на её личном мнении.
Сидя у постели Эвана, Пен-Льюис расспрашивала его о тех сверхъестественных дарах, которые действовали через него, Она решила, что депрессия Эвана была вызвана этими духовными воздействиями. Разоблачая данные Эвану дары, Пен-Льюис убеждала его, что если он не полностью распят для себя, то он обольщен. Полный осуждения к себе, Эван в конечном итоге согласился, что все эти сверхъестественные воздействия, которые он пережил, не могли быть от Бога. Эван пришел к выводу, что он не только приводил в смущение толпу, но что и сам был обольщен сверхъестественными воздействиями.
С этого момента Эван по совету Пен-Льюис решил больше не доверять никакому сверхъестественному движению. И он пришел к выводу, что для того, чтобы Дух Святой мог двигаться через верующего, этот верующий должен иметь гораздо большую мудрость и опыт, чем у него. Проповедник пробуждения пребывал в крайне хрупком и удрученном состоянии, которое ещё более усугублялось постоянными уколами и упреками со стороны Пен-Льюис.
Думал ли Эван о тех тысячах, которые обратились к Богу и стали рожденными свыше христианами благодаря этим дарам? Помнил ли он о толпах людей, приезжавших из других стран, чтобы получить вдохновение от его служения и донести его до своих народов? Нет сомнения, что до него доходили яркие отзывы из этих стран. Задумывался ли он о тех людях, жаждущих прикосновения, которые стояли на улицах только потому, что он был настолько открытым для использования Святым Духом? Понимал ли он, что причиной его расстройства стал недостаток отдыха, a не недостаток посвящения? Сознавал ли он, что окончательный итог его служения подвели ошибки, вызванные истощением?
Если Эван Робертс и задумывался над этими вещами, то его мысли ни разу не обратились в действия, Таким образом, сверхъестественное снаряжение, которое он получил в результате своего призвания, стало непригодным для дальнейшего использования.
Служение за кафедрой? Никогда больше
Став объектом критики за свои действия по отношению к Эвану, миссис Пен-Льюис написала письмо одному уважаемому деятелю движения пробуждения. В нем она утверждала, что Эвану Робертсу необходима ‘забота’ и что он выздоравливает ‘быстрыми темпами, видя свои заблуждения’. Позже она писала тому же самому служителю, на этот раз, утверждая, что Эван сильно вырос духовно и что теперь она видит, насколько они вдвоем ‘специально подготовлены для особенного дела’.
Мне кажется, что миссис Пен-Льюис использовала силу и призвание Эвана Робертса, просто чтобы выдвинуться. Поэтому, как я полагаю, она нуждалась в каком-то рычаге для доказательства собственной ценности. И этим ‘рычагом’ стал Эван Робертс. Став его партнером, она смогла бы разделить с ним сцену.
Хотя в доме Пен-Льюис Эван по сути находился в изоляции, служителям и друзьям позволено было посещать его. Своими советами и молитвами они оказали сильное влияние на его выздоровление. Их любовь ободряла Эвана духовно, но потребовался ещё год, прежде чем этот проповедник пробуждения обрел способность стоять и ходить. После года, проведенного в постели, медики посоветовали Эвану никогда больше не заниматься служением за кафедрой. Он мог проводить неформальные консультации, но ему рекомендовали больше никогда не проповедовать. Пен-Льюис согласилась, исходя, вероятно, из более глубоких побуждений, чем забота о здоровье.
Ничего не зная о физическом состоянии Эвана, обращенные на Уэльском пробуждении чувствовали себя неудовлетворенными. Их как будто бы оставил вожак. Через год или около того после переезда Эвана в Вудлендс его друзья выдвинули обвинение, что Пен-Льюис уводит Эвана от истины и что она слишком таинственным образом держит его у себя. На эту критику Эван ответил, что живёт в имении по своей воле. Он также сказал, что Пен-Льюис была ‘послана Богом’ и что её работа может быть понятна только ‘верным Божьим слугой, чьи глаза открыты Богом’. Но, к сожалению, именно сам Эван не хотел широко открыть глаза.
Отказ от кровных уз
Вскоре после этого Эван начал отказываться от встреч со своими ближайшими родственниками. Когда его мать серьезно заболела, ему об этом не сказали, учитывая его нервное состояние. Похоже, что это решение приняла Пен-Льюис. Но когда приехал отец Эвана, уже не ПенЛьюис, a сам Эван отказался говорить с ним. Причина, по которой он отказался увидеться со своим отцом, заключалась в том, что ‘он отделен для высокой духовной задачи и поэтому обязан забыть свои кровные узы’.
Здесь мне хотелось бы подчеркнуть нечто очень важное. Никогда не разрывайте связей со своей семьей. Не имеет значения, поддерживаете ли вы с ней ‘посредственные’ отношения. Многие из вас находятся на своем месте благодаря молитвам семьи. Старая поговорка гласит: ‘кровь гуще, чем вода’. Когда весь ад обращается против вас, вы обычно можете рассчитывать на заботу и любовь своей семьи, особенно если вы воспитаны в христианском доме. Обрубая свои кровные узы, вы отвергаете часть своего наследия. По каким-то причинам некоторые деятели пробуждения заблуждались в этом вопросе, особенно когда они чувствовали, что семья для них недостаточно духовна. Джон Александр Дауи прошел через то же самое. Он даже на какое-то время отказался от своей фамилии. Но даже в своей духовности вам никогда нельзя отказываться от заповеди Слова Божьего: ‘Почитай отца твоего и мать, это – первая заповедь с обетованием; да будет тебе благо, и будешь долголетен на земле’ (Еф. 6:2, 3).
По Слову Божьему, если вы не чтите вашу семью, вы не будете в мире, и ваша жизнь может быть укорочена. Если вы считаете себя слишком духовным для своей семьи, тогда любите её на своем уровне. Никогда не оставляйте её.
Война в своих рядах
За эти годы изоляции Пен-Льюис положилась на помазание Эвана Робертса и написала несколько книг. Первая, под названием ‘Война Святых’, была издана в 1913 году. Миссис Пен-Льюис утверждала, что книга родилась из шести лет молитвы и испытания истины. Говорят, что они написали её вместе, но только она получила признание. И так должно было быть. Книга предназначалась стать ответом и руководством в духовных проблемах, но вместо этого произвела духовное смятение.
Через год после опубликования книги Робертс отказался от неё. Он сказал друзьям, что это было ‘неудачное оружие, которое смутило и разделило Божий народ’.
Хотя его мнение в конечном итоге изменилось, все же когда писалась ‘Война Святых’, Эван, казалось, был очарован Пен-Льюис, заявив: ‘Я не знаю никого, равного ей в понимании духовных вещей, она – ветеран в небесных вещах’. На этой стадии восстановления Эвана Пен-Льюис убеждала его, что его страдания были божественным планом, чтобы снарядить его на сражение против сатанинских сил и научить других для этого сражения. В результате она убедила его перевести на уэльский язык её откровения о духовной войне и составить буклеты на английском.
Просто удивительно наблюдать, как проповедник пробуждения, бывший одно время мощным и непоколебимым в силе Святого Духа, теперь стал настолько подчиненным и прельщенным. Библейские истории Илии и Иезавели или Самсона и Далиды продолжают повторяться.
Проповеди в тенях
Новообразованная команда Робертса и Пен-Льюис начала издавать журнал под названием ‘Победитель’. Идея принадлежала Пен-Льюис. Эван писал очерки, a она все остальное. По моему мнению, журнал был просто ещё одним орудием саморекламы Пен-Льюис и достижения популярности. Журнал критиковал все ранние пятидесятнические группы и причислял их практику к сатанинской. Имея тираж примерно в пять тысяч экземпляров, журнал распространялся в Великобритании, Европе, Северной Америке, Южной Африке и Китае.
В конце 1913 года Пен-Льюис заболела и слегла, В её отсутствие Эван взял на себя написание большей части текста журнала. Затем через несколько месяцев, выздоровев, она объявила, что закрывает журнал. Она решила проводить то, что называла ‘Конференцией христианских делателей’, где она должна была проповедовать. Во время этих конференций Эван оставался в молитвенной комнате и иногда ему разрешалось консультировать отдельные группы людей. Это объяснялось тем, что доктора советовали ему больше никогда не вставать за кафедру. Эван подчинился и использовал свой дар только для наставничества. Человек, входивший в группу, которую он наставлял, сказал: ‘Что больше всего меня поражает, такэто глубина проницательности Эвана Робертса, он редко ошибается в своих диагнозах и в своих духовных вы водах’.
Как же мог человек, который когда-то казался таким неустрашимым в могуществе Святого Духа и который останавливал всякого противостоящего ему, теперь вести всего лишь наставнические семинары?
Конференции Пен-Льюис в конце концов потеряли популярность. Когда они закончились, Эван нашел себе отдушину в Школе молитвы. Школа выросла из служения ‘Молитвенной стражи’, которое было организовано во время конференции в Свэнси в 1908 году. В Школе молитвы Эван учил, как ходатайствовать за семьи, служителей и церкви. Он писал очерки о различных видах молитвы. Многие служители признавали, что все их знания о молитве ‘пришли от учения’ Эвана.
Когда Эван говорил о молитве, он оживал. Школа зажгла в нем новое пламя. В конце концов, он отошел от ‘Молитвенной стражи’ и обратился к личной молитвенной жизни.
Какое-то время в молитвенной комнате дома Пен-Льюис он встречался с группой людей. Затем он порвал с этой группой и решил лично ходатайствовать перед Господом. Однажды Эван признался другу: ‘Я бы хотел достичь такого состояния в молитве, чтобы моя жизнь была сведена на нет и оставалась бы только молитва с утра до ночи’.
Казалось, Эван напряженно ждал призвания к жизни ходатайства. Его молитвенное служение было направлено на христианских лидеров и верующих по всему миру. Когда группа офицеров французской Армии Спасения спросили его о смысле духовной войны, он ответил:
‘Евангелие от Луки наставляет не ‘проповедовать и не унывать’, a ‘молиться и не унывать’. Проповедовать нетрудно. Но в молитве человек находится в каком-то одиноком месте, воюя в молитвенном сражении против сил тьмы. И познает секрет победы’.
Думаю, что такие мысли обосновывали решение Эвана оставить публичное служение. Фактически он настолько отошел от всего человеческого, что больше не мог общаться с людьми. Пен-Льюис написала о его поведении так:
‘Те, кто общаются с ним, не могут завязать с ним разговор – даже домашние’.
Эван Робертс оставался в доме Пен-Льюис восемь лет. Жизнь Эвана Робертса была сложной. Интересно отметить, что Эван допустил использование своей жизни и служения в интересах Пен-Льюис. В начале, вероятно, у него не было выбора, учитывая его плачевное физическое состояние. Но молодой проповедник оставался у неё восемь лет. И это вызывает множество вопросов. Стал ли для него дом Пен-Льюис просто комфортной зоной? Или он совершенно потерял свой образ? Почему он не поехал домой? Может быть, из-за своих эмоциональных срывов он почувствовал себя защищенным под опекой кого-то ещё? Единственный несомненный вывод заключается в том, что Эван Робертс решил оставить передовой фланг, и что он предпочел оставаться в доме Пен-Льюис.
Будет ли у нас новое пробуждение?
Как и почему Эван Робертс и Пен-Льюис разошлись, точно не ясно. В 1920 году начали замечать, что он больше не подписывается ни под одним из её произведений. Когда её спросили об этом, она ответила: ‘Неудивительно, что мистер Робертс больше не принимает участия в работе, за него это делают другие’.
Затем в какой-то момент между 1919 и 1920 годами Эван переехал в Брайтон, в Суссексе. Он нанял машинистку и отпечатал несколько брошюр, Но они оказались недоходчивыми, a ссылки на Писания в них оторванными от жизни. Эти брошюры не имели успеха.
Эван написал друзьям на родину, что никогда не забывал об их любви и поддержке. Англия и Уэльс были в то время крепко разделены, Возвратиться к себе на родину было непросто без поддержки и разрешения от граждан Уэльса. Эван уехал – это раз, но кроме того, обращенные после Уэльского пробуждения были шокированы и возмущены тем, что они прочитали в книге ‘Война Святых’. Им казалось, что их лидер теперь противоречил всему, на чем когда-то основывался. Уэльсцы уже и не знали, что думать о своем молодом проповеднике. Они считали, что знают его сердце, но не могли объяснить его действия.
Эван написал в свою церковь и поздравил служителя, который занял там главную должность. Служитель с ликованием воспринял письмо и спросил, может ли он опубликовать его, продемонстрировав конец десяти лет молчания Эвана. Эван согласился и был приглашен вернуться в Уэльс, когда ему будет удобно. Эван именно так и поступил.
В 1926 году отец Эвана заболел и слег. Эван вернулся домой навестить его, и семья сердечно приняла его. Все члены семьи были счастливы увидеть его и уверили его, что ему все прощено. Члены одной церкви даже попросили его провести служение. Очевидно, забыв о предостережении докторов, Эван встал за кафедру. Собрание, хоть и удивилось его внешнему виду, познало силу Духа Святого, которая всё ещё проявлялась через его голос. Люди настолько воодушевились, что по северному Уэльсу пошли разговоры: ‘Неужели у нас опять будет пробуждение?’
В 1927 году миссис Пен-Льюис умерла от воспаления легких. Эван страстно стремился вернуться на родину. Только после её смерти в 1927 году Эван вернулся домой окончательно. Интересно заметить то, что хотя он и посещал Уэльс, но не переехал туда из Англии до тех пор, пока Пен-Льюис не умерла.
Комната наполнилась светом
Отец Эвана умер в 1928 году, на заупокойной службе Эван проделал нечто необычное. Когда произносился скорбный панегирик о его отце, он внезапно прервал ритуал и сказал: ‘Это не смерть, но воскресение. Давайте засвидетельствуем эту истину’. Об этом дне один человек заметил: ‘Через нас как будто прошел электрический заряд. Чувствовалось приближение ещё одного пробуждения’.
Действительно, там было короткое пробуждение. Дьяконы Мориа попросили Эвана принять участие в специальном служении. Когдаон решил выступить, эта волнующая новость пронеслась через весь Уэльс. Люди устремились в северный Уэльс, a местные жители бросились в часовню после работы. За два часа до начала служения здание часовни было переполнено. На близлежащих улицах собралась ещё одна большая толпа, Молодые люди страстно желали услышать человека, о котором рассказывали их родители. Эван спокойно обратился к публике. Затем он вышел на улицу и поприветствовал стоявших там.
За этот короткий период он посетил несколько различных церквей, предупреждая их об опасности материализма, проникающего в церковь. Однажды в молитвенную комнату Эвана родители принесли ребенка. Когда он молился за ребенка, ‘комната наполнилась светом и ощущением присутствия Духа Божьего’. Родители во весь голос стали поклоняться и прославлять Бога. Вскоре находившиеся рядом рабочие услышали их и, бросив свою работу, присоединились к ним. Покупатели в том районе тоже услышали прославление и прибежали, чтобы принять участие. За короткое время там собралась такая большая толпа, что по улице невозможно было проехать. По словам очевидца, Эван молился об исцелении и освобождении людей и действовал в даре пророчества, но в то же время открыто осудил человека, который попробовал говорить на языках. Тем не менее, некоторые думали, что Эван Робертс стал пятидесятником37. Исцеления, обращения и ответы на молитвы – вот о чем больше всего говорили как о результатах этого небольшого пробуждения. Через год после этого Эван полностью исчез из публичной жизни.
Тень успеха
К 1931 году Эвана почти совсем забыли. Он жил в комнате, предоставленной ему миссис Освальд Уильямс. Единственным её желанием было дать ему душевный покой. Последние годы жизни он провел в написании стихов и писем служителям. Он вел ежедневный дневник и любил смотреть спортивные и театральные представления. В мае 1949 года Эван впервые за весь день не встал с постели, За весь сентябрь 1950 года в его дневнике было записано только одно слово: ‘Болен’.
Эвана Робертса похоронили 29 января 1951 года в возрасте семидесяти двух лет. Его похоронили в семейном склепе позади часовни Мориа в северном Уэльсе. Несколько лет спустя напротив часовни Мориа была воздвигнута мемориальная колонна в ознаменование усилий зажечь огонь пробуждения.
Заупокойная служба сама по себе превратилась в мемориал. Сотни людей, любивших Эвана Робертса, но потерявших его из вида в последние годы, пришли и пели его любимые гимны.
Среди многих высказываний о нем некролог в ‘Вестерн мэйл’ охарактеризовал его наилучшим образом:
‘Он был человеком, пережившим странные вещи. В молодости он, казалось, держал всю страну в ладонях своих рук. Он перенес великие потрясения, мнения на его счет и отношение к нему менялись, но его религиозные убеждения остались твердыми до конца’.
Эван Робертс действительно был великим проповедником пробуждения, державшим ключи духовного возрождения. Он был первопроходцем огромнейшего движения Духа Божьего в Уэльсе. Однако сорок лет спустя на его родине от этого пробуждения не осталось и следа. Оно сохранилось только как воспоминание в сердцах тех, кто пережил его. Почему осталось только ‘воспоминание’? Потому что человек не может нести тяжесть пробуждения один. Он может вести движение Божье, но и другие тоже должны играть свою роль. Если движение Божье угасает, то частично это происходит потому, что люди перестают двигаться в том направлении, которое они получили. Поэтому мы ошибаемся, если обвиняем только лидера.
Относительно жизни Эвана Робертса остается много не отвеченных вопросов. Некоторые считают, что Эван был избран Богом для публичного служения, a затем был призван провести остаток жизни в молитве и ходатайстве за весь мир. Если бы это было действительно так, то он бы умер счастливым человеком. Но в его дневнике найдены стихи, свидетельствующие о мрачном и подавленном состоянии. В возрасте шестидесяти лет он размышлял, осталась ли какая-нибудь цель в его жизни. Он писал о ‘личной потере, одиночестве и неудаче’. Казалось, он постоянно искал ту роль, которую должен играть.
Я верю, что Эван Робертс нес духовные истины, которые могли бы потрясти мир, но эти истины были только в его сердце. Казалось, что он не мог подобрать ключи к эмоциональной силе. Эван хотел, чтобы его личность растворилась в тенях, и он многократно повторял: ‘Я не хочу, чтобы меня видели’. Однако, по моему мнению, слабость его эмоциональной предрасположенности сделала его более видимым по сравнению с положением, которое он мог бы занять как авторитетный лидер в движении Божьем.
Чтобы нести груз пробуждения, особенно целой страны, нужна сила всех трех составляющих человеческого существа – духа, души и тела. Поэтому, как мы видим из его жизни, для пробуждения требуется больше, чем духовное откровение. Духовная жажда и откровение – это всегда лишь начало. Но мы больше, чем духовные существа. Человеческое тело и эмоции тоже должны быть сильными через Слово Божье, чтобы пробуждение на земле сохранялось.
