Живой или мертвый, я должен ехать, - Френсис Эсбери

2017-05-26 19:38
SHARE
f
B
t
G+

Френсис Эсбери, зябший в любую погоду, отправлялся на своей уставшей лошади ради одной потерянной души...

«Живой или мертвый, я должен ехать»

С этого момента Эсбери осознал себя в новом, куда более ответственном качестве. Сердце побуждало его идти в народ, распространяя повсеместно Божье Слово. Но, как епископ, он также был обязан совершать рукоположение. Прибывая в новое место, он находил энергичного человека, достойного стать методистским служителем, и благословлял его с возложением рук, назначая ответственным за определенный округ. Иногда к нему обращались отправляющиеся на Запад методисты с просьбами помочь им начать душеспасительную работу на новом месте; в других случаях он просто назначал странствующих проповедников ответственными за новые территории, которые еще только предстояло обратить к Богу. Таким образом, методизм завоевывал все новые территории, простирающиеся от одного конца страны к другому. Благодаря этому Евангелие вновь стало общепонятным языком для большинства американцев - от наиболее отдаленных уголков Кентукки до Плимута.

Конечно же, Бог знал, что делал; когда готовил Френсиса Эсбери к его будущему служению у наковальни и горячего пламени кузницы, а не в аудиториях английских университетов, как это было с Уайтфилдом и братьями Уэсли. Там, куда был призван идти Френсис, хорошее образование ничем не могло помочь. Тем не менее его записи приоткрыли многим историкам окно в сердца и жизни смелых мужчин и женщин, завоевывавших для Господа дикий Запад. Биограф Эзра Типпл писал о том, сколь тщательно Эсбери вел свой дневник:

Нарисованная Эсбери картина Америки той поры является в своем роде столь же примечательной и ценной, как запечатленный Уэсли образ Англии. Ни один американец в ту пору не путешествовал так много и так далеко, как Эсбери, и ни в какой другой книге вы не найдете более сокровенных сведений о семейной жизни колонистов - прежде всего, жителей пограничья - или же о преобладавших в те времена социальных и прочих условиях.

Именно благодаря этим дневникам нам сегодня известен образ жизни Френсиса Эсбери и, бесспорно, большинства других странствующих проповедников. Эти дневники также раскрывают нам образ человека, сражавшегося за свое призвание и свои отношения с Богом в тяжелые минуты жизни. Путешествия в те дни были нелегким испытанием для путника, но ни дождь, ни слякоть, ни снег, ни стужа не могли вынудить Эсбери замедлить свой шаг. В ту пору даже была популярна такая поговорка: «За окном сегодня лишь вороны и методистские проповедники».

Не только дневники Эсбери, но и его письма могут рассказать нам многое об Америке тех времен и набиравшем силу движении методистов. Служение Эсбери расширилось, включив в себя информационный центр для путешественников и службу новостей; его корреспонденция невидимыми нитями соединила разбросанные далеко друг от друга поселения, недавно появившегося на свет народа. Через служение Френсиса новости передавались настолько надежно, что письмо, адресованное «Преподобному епископу Эсбери, Северная Америка», всегда находило к нему дорогу. Если в Америке происходило что-либо достойное внимания - а для Френсиса достойным внимания были, как правило, признаки духовного возрождения, - он был одним из первых, кто слышал эту весть и распространял повсюду.

Способу распространения методизма Френсис научился у Джона Уэсли во время своего взросления в Англии, а по приезде в Америку усовершенствовал его. Способ этот базировался на желании человека воздерживаться от земных благ ради обретения небесного Венца через распространение Евангельской Вести везде, куда бы он ни шел. «Не существовало слишком бедных семей, слишком грязных домов, слишком отдаленных поселений и слишком невежественных людей, которые не могли бы благодаря этому услышать Благую Весть о том, что жизнь может стать лучше».

Условия жизни в те времена были настолько тяжелыми, что половина приписанных к округам проповедников умирала еще до достижения тридцати трех лет. Причиной тому были беспрерывные поездки верхом, а также суровый климат«. Питер Картрайт (1785- 1872), речь о котором пойдет в одной из следующих глав, возможно, установил рекорд, прослужив странствующим проповедником шестьдесят семь лет.

Тем не менее, несмотря на строгие требования, способ оказался столь действенным, что благодаря ему Слово Божье достигло даже наиболее отдаленных районов молодой страны - страны, с огромной скоростью расширявшей свои пределы, что подтверждалось результатами переписей населения. В 1770 году ту часть Америки, где сейчас расположены штаты Джорджия, Кентукки, Огайо и Теннеси, населяло около сорока тысяч жителей с европейскими и африканскими корнями. К 1810 году, благодаря иммиграции, население этого региона выросло, превысив миллион человек.

Государственным церквам наверняка было бы невозможно эффективно поспевать за таким ростом, но только не Эсбери. Традиционные деноминации оказывались просто не в состоянии открывать новые церкви с такой же скоростью, с какой в то время росло население страны. Их духовные семинарии не могли достаточно быстро готовить новых священнослужителей, так же как не были они готовы изменить свои традиционные стратегии. Методисты, напротив, обладали гибкостью, благодаря тому, что их проповедники каждые полгода-год отправлялись нести служение в новые для себя области, оставаясь, таким образом, свежими и энергичными. Постоянное пребывание на одном месте было целью традиционных церквей - 70 процентов их священников служили в одном и том же приходе всю свою жизнь. Для большинства служителей духовное образование было главным и зачастую единственным путем к достижению успеха. Методистские же проповедники предпочитали не дипломы, а навыки достижения сердец простых людей. Конечно же, Эсбери ни в коем случае не умалял значение образования, но при этом он считал, что ничто не должно отвлекать служителей от несения «простых истин простым людям». Говорят, что для оценки профпригодности странствующим проповедникам-методиетам задавали лишь четыре вопроса:

  1. Действительно ли вы пережили обращение к Богу?
  2. Знаете ли вы и соблюдаете ли методистские правила?
  3. Способны ли вы доступно проповедовать?
  4. Есть ли у вас лошадь?

«Доступное» проповедование в действительности являлось вполне разумным критерием отбора, поскольку в большинстве своем проповедники использовали базовый набор отрывков из Библии, к которым добавляли свои собственные комментарии практически-прикладного характера. Эсбери не одобрял тех, кто, проповедуя, слишком часто заглядывал в свои записи, что наверняка было вызвано влиянием на него в молодые годы спонтанных выступлений. Некоторые современники свидетельствуют о том, что он сам заглядывал в свои записи лишь перед самым служением, полностью доверяясь водительству Святого Духа и руководствуясь нуждами конкретной аудитории. Методистский проповедник посвящал время не подготовке к проповеди, а другим обязанностям.

Каждый методистский проповедник нес ответственность за округ, периметр которого составлял от двух до пяти сотен миль. Он был обязан раз в 2-6 недель посещать каждое специально отведенное для проповеди место в своем округе. Люди буквально рвались услышать Божье Слово. Один из проповедников, Джон Брукс, вспоминал о том, что однажды, когда из-за серьезной болезни он вынужден был отменить проповедь, люди все равно уговорили его подняться с постели и выступить перед ними.

Методистские проповедники предпочитали не дипломы, а навыки достижения сердец простых людей.

Кроме тех долгих часов, которые занимали у странствующего проповедника постоянные переезды и ежедневные проповеди - с пяти часов Утра летом и с шести часов утра зимой, - он также уделял много времени посещению малых групп, которые собирались для совместного изучения Библии и поисков Бога в соответствии с методистской системой. Френсис Эсбери также учил тому, что посещение больных и забота о них являются обязанностью каждого христианина. Невысокая зарплата которую получали эти служители, не способствовала проявлению ими инициативы в данном вопросе. Вплоть до 1800 года методистский — проповедник получал не более 64 долларов в год, что было несравнимо меньше зарплаты пасторов традиционных деноминаций, составлявшей 400 долларов. Однако и после 1800 года заработная плата странствующих проповедников выросла всего до 80 долларов. Да и ту лишь немногие получали в полном объеме. Несмотря на то, что в обязанности методистских проповедников входило распространение книг - Библий, сборников христианских гимнов и прочей религиозной литературы, - это приносило такой небольшой дополнительный доход, что мизерной зарплаты часто не хватало даже на покупку самой дешевой одежды. Многие проповедники путешествовали буквально в лохмотьях.

Возглавлявший организацию Эсбери был не намного богаче. Все его имущество с легкостью помещалось в две дорожные сумки. Один из друзей Френсиса однажды попросил одолжить ему пятьдесят долларов и был очень удивлен, когда тот показал ему свои последние двенадцать долларов. Эсбери протянул ему пять долларов со словами: «Удивительно, что ни мои друзья, ни мои враги не верят тому, что я не имею — да и не ищу — мешков денег».

У Эсбери не было семьи, за исключением родителей, которых он оставил в Англии. Еще в юности он решил не вступать в брак, считая, что будет нечестно с его стороны оставлять жену в одиночестве на целый год за исключением одной-единственной недели. Несмотря на то, что Френсис не требовал от других проповедников безбрачия, он горячо призывал к целибату, убедительно аргументируя свою позицию. Одному служителю он писал следующее: «Соблюдай максимальную дистанцию в отношениях с женщинами, чтобы они не соблазнили тебя и твой молодой разум остался незамутненным, дабы твоя устремленная ввысь душа не утонула в глубоком омуте, а твои надежды на будущее осуществились». Во время ежегодных конференций он также находил время для обращения к женам методистских служителей, увещевая их вести себя достойно, чтобы не разрушить построенного руками их мужей.

Жизнь путешественников в те времена была очень и очень нелегкой. Много страниц в дневниках Френсиса посвящено описанию того, с чем ему каждый день приходилось сталкиваться. Его преследовали волки, нещадно лупил град, в его тело впивались клещи, пекущее летнее солнце и зимние вьюги были к нему немилосердны. Его пища была скудна: зачастую его рацион состоял из одного лишь хлеба, - однако Френсис писал, что этого вполне достаточно, чтобы продолжать наслаждаться присутствием Божьим и полностью доверяться Ему во всех жизненно важных вопросах. Его суровые ночевки нельзя даже сравнивать с отдыхом в наиболее захолустных тавернах. Френсис старался тратить как можно меньше денег на пищу и ночлег и потому с готовностью останавливался переночевать везде, где его готовы были принять. Часто он путешествовал не один, что затрудняло поиск ночлега. Эсбери вспоминал, как ночью сквозь отверстия в крыше к нему влетали летучие мыши, как ему приходилось ночевать рядом с собаками, котами и свиньями; а также случаи, когда доводилось делить кровать еще с двумя незнакомцами. Однажды он остановился в развалюхе, где грязь с пола можно было соскребать лопатой. Не раз Френсис ночевал на кишащих блохами оленьих шкурах. Однажды он едва успел вскочить с загоревшейся постели, которую придвинул слишком близко к огню. Случалось, что Френсис не имел денег на еду для себя и своей лошади и оставался голодным, разве что радушные хозяева, предоставлявшие ему ночлег, имели какие-либо излишки.

Странствующие проповедники очень сильно зависели от своих лошадей, и распространение методизма было бы поистине невозможно без помощи этих добрых животных. Насколько важны они были для миссионеров, видно из правила под номером один, опубликованного в American Minutes свода методистских правил для проповедников: «Будь милостив к своему животному. Ты должен не только ездить на нем аккуратно, но и лично следить за тем, чтобы лошадь была расчесана и накормлена». Френсис имел возможность путешествовать в удобной повозке, но отверг ее, заявив: «Фургон для меня слишком роскошен, к тому же, думаю, никто не способен управлять им так, чтобы я остался доволен... кроме того, лучше я сверну с дороги и навещу бедных. На лошади я смогу проехать и по бездорожью; я сэкономлю деньги, которые затем смогу раздать нуждающимся; и, наконец, я стану с большей нежностью относиться к своему бедному, верному животному».

Френсис вынужден был искать пропитание, воду, крышу над головой и место для отдыха не только для себя самого, но также для своей лошади. Опыт, приобретенный им во время работы в кузнице, весьма пригодился, когда ему пришлось создавать импровизированное подобие потерянной лошадью подковы. Френсис усердно заботился о своих лошадях, что было немаловажно, учитывая то, что зачастую он проезжал на одной и той же лошади в общей сложности до двадцати пяти тысяч миль (из этого следует, что, по всей видимости, за свою жизнь он владел не менее чем десятью лошадьми). Случалось, что еды было не достаточно для них обоих, но они вместе разделяли все тяготы пути. Позже Френсис рассказывал об одном случае, когда его лошадь, ослабев от недоедания и промокнув под ливнем, дважды падала вместе с всадником, то есть с ним. Страдания лошади причиняли Френсису куда больше боли, чем многие другие трудности, с которыми ему приходилось сталкиваться. Одну из своих лошадей по кличке Спарки Эсбери вынужден был оставить, потому что та захромала. Известный своей грубой внешностью, Френсис показал, сколь мягким было его сердце, когда написал о том, что во время расставания со Спарки его верный спутник «тихо заржал: и это осталось в моем сердце».

Френсис и другие странствующие миссионеры не вписывались в романтическую картину приграничной жизни; скорее они наглядно демонстрировали жестокую реальность жизни и смерти, боли и страданий, часто путешествуя едва заметными тропами и дорогами, которые вели в никуда. Одна из дорог была крутой, как крыша дома; целую милю Эсбери ехал верхом на лошади, затем сошел с нее и двинулся дальше пешком, обливаясь потом, пока трясущиеся колени окончательно не перестали повиноваться ему. Тем не менее, вместе со своей лошадью Эсбери в конце концов преодолел этот путь. Одни источники сообщают о том, как лошадь Френсиса натолкнулась на дерево, но всадник, тем не менее, остался в седле; другие современники описывали, как его лошадь, рухнув на лед, придавила ногу всадника; третьи рассказывали о том, как лошадь проповедника вплавь преодолевала бурные реки. В одной истории, сдобренной изрядной порцией юмора, говорится о том, как однажды Френсис приобрел скакуна, который раньше участвовал в скачках. И когда служитель проезжал верхом мимо знакомого коню ипподрома, тот вдруг сорвался с места и галопом понес всадника к знакомому треку.

Френсис Эсбери посетил практически все американские штаты, преодолевая каждый год от четырех до шести тысяч миль. В своем дневнике он писал: «Обычно я редко сажусь в седло, чтобы проехать менее двадцати миль; и весьма часто, направляясь в соседний округ, я преодолеваю путь длиною от сорока до пятидесяти миль. Во время таких путешествий я сильно страдаю от голода и холода».

Увы, из-за постоянных поездок верхом к концу своей жизни Френсис выглядел гораздо дряхлее, чем люди, которые были на несколько десятилетнй старше его. Его ноги сильно воспалились от частого контакта с железными стременами, и потому Френсис мог лишь изредка обувать туфли, передвигаясь зачастую лишь при помощи костылей. В какой-то период один из спутников Френсиса даже заворачивал его стремена мягкой кожей и шерстью, чтобы хоть как-то защитить его израненные и саднящие ноги. Но, несмотря на все это, Эсбери почти никогда не позволял болезни быть помехой на своем пути, даже если для этого ему приходилось привязывать себя к седлу. Он путешествовал, несмотря на жар, нарывы, острую головную боль, грипп, ангину и изъеденные гнилью зубы. Окружающие Эсбери люди были уверены в его скорой смерти; иногда ему самому смерть казалась долгожданным и столь желанным избавлением. Френсис стал сам себе врачом и нередко давал полезные советы тем, кто в тот момент также был лишен нормальной медицинской помощи. Скудный рацион в сочетании с недостаточным отдыхом и постоянным контактом с инфицированными людьми и животными окончательно подорвали его некогда крепкое здоровье.

«Мое сердце наполнялось жалостью к людям»

Что двигало человеком, добровольно согласившимся жить такой жизнью? Френсис искренне заботился о людях, которым служил, потому что знал, что Бог любит их безмерно. Он никогда не знал состава аудитории до прибытия на место проповеди, но его это мало беспокоило. Однажды Френсису пришлось разбивать лед, чтобы пересечь замерзший ручей. Стиснув зубы от боли, он мчался верхом к пункту своего назначения, где его ждали лишь девять человек. В другой раз он убеждал женщину принять крещение, но та отказалась. Некоторое время спустя она передумала и отправила к Френсису своего сына, чтобы тот попросил проповедника вернуться. И хотя к тому времени и он сам, и его лошадь были измучены до предела, Эсбери не только вернулся назад ради одной-единственной души, но даже назвал позже этот момент «торжественным».

В то время, когда методизм успешно распространялся на юге, Френсис совершил свое первое путешествие в Теннеси. Он боролся с сильным искушением пожаловаться на плохие дороги, пока не встретил других людей, передвигающихся той же дорогой, что и он сам:

Вряд ли найдется всадник, который станет жаловаться на тяготы пути и состояние дорог, когда увидит мужчин, женщин и детей, практически нагих, бредущих босиком и босиком же вбирающихся по каменистым склонам, тогда как другие их спутники, находящиеся в лучшем положении, имеют лишь лошадь, на которую сажают одновременно двух или трех детей. Для этих путников полное отсутствие пищи или мизерное ее количество не является чем-то необычным, и нередко им приходится разбивать на ночь лагерь в пропитанных сыростью лесах - ибо в горах идут не дожди, а ливни.

Френсиса до слез трогало, когда люди собирались его слушать, не обращая внимания ни на холод, ни на пронизывающие насквозь ледяные ветры. В своем дневнике он описывал, как в Балтиморе ему пришлось проповедовать в доме без окон и дверей, на месте которых зияли сквозные черные отверстия. Эсбери закончил свою проповедь и взял часовой перерыв, однако люди и не думали расходиться, ожидая, когда он вернется и снова поделится с ними Словом. Позже он писал, что «сердце наполнялось жалостью к людям, когда я видел их столь открытыми и беззащитными».

Не везде, однако, Френсиса ожидал столь теплый прием. Однажды вечером, когда он проповедовал, в него угодил камень, брошенный кем-то через открытое окно (тем не менее проповедь свою он не прервал). В тавернах, к примеру, среди его слушателей попадалось много пьяниц, которые, напившись спиртного, буянили и ругались. Путешествуя по Югу, Френсис с огромным сожалением отмечал, что заблудшие души, которые он встречал на своем пути, были грязными, оборванными, голодающими и жестокими друг к другу. В первую очередь, Эсбери заботился о детях, увещевая других проповедников уделять им время при каждой встрече.

Внимательно наблюдая за американцами, Френсис очень опасался, что свобода, которая предоставила столь замечательные возможности для расширения влияния методизма в Новом Свете, отвлечет мысли людей от Бога. В то время как новые земли открывали перед смельчаками новые пути к успеху, новые отвлечения угрожали увести их от Бога и понимания исключительной важности Евангелия. Эсбери стремился сделать все возможное, чтобы Евангелие не утратило приоритетного места в жизни американцев. Границы нового государства постепенно расширялись, что, естественно, влекло за собой расширение штата странствующих проповедников. В 1796 году, когда северо-западные земли стали доступны фермерам, проповедники ту же потянулись за ними.

Один из таких проповедников, который последовал за вереницей фургонов, был принят семьей, прибывшей сюда из Виргинии. К сожалению, увидев одежду священнослужителя, глава этой семьи, фермер, поставил его в известность, что он с женой и детьми потому и уехал из Виргинии, что тамошние проповедники весьма ему надоели, — и подумать только, не успели они разгрузить свои вещи на новом месте, как проповедник снова тут как тут. Внимательно выслушав мужчину, мудрый священник ответил: «Мой друг, если вы попадете на небеса, то и там обнаружите методистских проповедников; но даже если вы вдруг окажетесь в аду, боюсь, они там тоже будут - ведь в жизни всякое бывает. Поэтому советую вам лучше договориться с нами и жить в мире».

Появление новых территорий для Френсиса также означало необходимость двигаться в том направлении. Путешествие на Запад в те времена вынуждало одиноких путников искать себе достаточно многочисленную группу попутчиков, что было вызвано угрозой нападения индейцев. Но эта опасность беспокоила епископа гораздо меньше, чем необходимость ехать в обществе людей, которые без конца ругались и пьянствовали.

Портал «Благословение Отца» (www.imbf.org)

Интересно
Понравилось? Поделитесь с друзьями!
f
B
t
G+
Вы хотите перемен? Приглашаем вас посетить конференцию Центра «Благословение Отца» и получить исцеление от болезней, освобождение от демонов, духовный или финансовый прорыв.
Администрация сайта может не разделять мнение авторов статей и не несет ответственности за их содержание. Если у вас есть вопросы или замечания, просим связаться с администрацией нашего сайта.

Рекомендовано для вас