Природа нашего рабства - Рик Джойнер

12:00 -- 10.01.2005

Израиль сумел выйти из Египта благодаря Пасхе. Пустыня помогла израильтянам окончательно избавиться от всего того, что связывало их с Египтом. То же самое истинно для нас: пасхальная жертва Иисуса дала нам возможность выйти из-под власти этого мира. Жизненные испытания являются в свою очередь нашими переживаниями пустыни и способствуют тому, чтобы повернуть нас от путей этого мира, которые прочно укоренились в нас. В наших сердцах должно произойти изменение, что отразится на наших привычках и на всем стиле жизни. Мы искуплены кровью Агнца, но нам также сказано “совершать свое спасение, потому что Бог производит в вас [работу]” (Филиппийцам 2, 12-13).

Кабала привычек

Чтобы извлечь наибольшую пользу от пребывания в пустыне, мы должны понять природу нашего духовного рабства. Истина делает нас свободными, и пустыня - это то место, где мы постигаем истину о Боге и о самих себе. Одним из самых больших видов порабощения является то, что мы называем “кабалой привычек”. Больше всего людей тянет к тому, чтобы цепляться за свои старые привычки независимо от того, насколько они плохи и болезненны, и противиться любым изменениям и всему непривычному независимо от того, насколько многообещающим оно является. Вот почему, например, так высок процент тех женщин, которые, имея родителей алкоголиков, впоследствии выходят замуж за пьющих мужчин несмотря на все те страдания, которые ждут их впереди. Это происходит потому, что привычное, даже если оно содержит в себе мучения, предсказуемо и потому более желательно, чем нечто неизвестное, которое может принести мир. “Кабала привычек” сильнее, чем любые доводы.
Именно эта зависимость от привычного заставила Израильтян сказать Моисею:

... о, если бы мы умерли от руки Господней в земле Египетской, когда мы сидели у котлов с мясом, когда мы ели хлеб досыта!.
Исход 16,3

В Египетском рабстве содержалась некая безопасность, которая была более желательна для Израиля, чем непредсказуемость следования за Господом. По крайней мере, в Египте израильтяне знали, чего ожидать. В пустыне же, где им приходилось полагаться на Бога в их ежедневном питании, они не чувствовали себя защищенными. Многие люди в церкви точно так же скорее склонны переносить издевательства, мучения и боль привычных обстоятельств, которые держат их в рабстве, чем рискнуть и открыть себя навстречу изменениям, которых не избежать в следовании за Богом.
Первоначальной причиной того, почему мы склонны вместо хождения с Богом предпочитать духовное рабство, является наша человеческая тенденция искать прибежище скорее в том, что нас окружает, а не в Господе. Мы предпочитаем полагаться на окружающие обстоятельства, которые мы можем контролировать или которые будут контролировать нас постоянно и в одинаковой орме, ставя нас в определенную зависимость. Бог хочет дать нам защиту и мир, но это мы должны искать в Нем, а не в том, что нас окружает. Из-за нашей чрезмерной привязанности к временному мы склонны больше полагаться на этот мир, чем на Бога. Господь не изменяется, но во время нашего хождения с Ним мы пройдем через различные изменения нашего окружения. Эта крепостная зависимость от того, к чему мы привыкли, является самым большим обманом, который и призвана искоренить из нас наша духовная “пустыня”.
Чтобы не обременять коринфян, апостол Павел предпочел своими руками зарабатывать себе на жизнь, поражаясь тому, как быстро они были увлечены лжепророками, которые плохо с ними обращались. Он писал им:

Вы терпите, когда кто вас порабощает, когда кто объедает, когда кто обирает, когда кто превозносится, когда кто бьет вас в лице.
 2 Коринфянам 11,20

Давайте рассмотрим природу церковной власти, которую описывает здесь Павел. Он говорит о тех служителях, которые стали влиятельными в Теле Христовом. И Павел в своем послании ругает коринфян за то, что они мирятся с теми, кто:

А сейчас давайте взвесим на тех же весах сегодняшнее руководство Тела Христова. Как много времени понадобится для того, чтобы церковь пробудилась? Служители, поступающие так, как пишет об этом Павел, не были посланы Богом, хотя они и претендуют на это.
Как могли быть коринфяне настолько глупыми, чтобы следовать за такими людьми или даже терпеть их в своих общинах? Они поступали так по той же причине, по которой продолжает поступать и сегодняшняя церковь. Они были обмануты своей крепостной зависимостью от привычного. Коринфяне были знакомы лишь с угнетающей, поработительной и служащей самой себе природой римской власти. Таким образом они были склонны следовать за теми духовными лидерами, которые повторяли уже знакомый им римский стиль руководства. А тот вид руководства, по которому действовал Сам Иисус и Его истинные служители, был им непривычен и бросал вызов их собственному пониманию того, на что можно было опереться. Плотские люди реагируют на плотскую власть. Только духовный человек может распознать и откликнуться на истинную духовную власть. Если мы хотим ходить под истинной духовной властью, то ни в коем случае не должны мириться с кем бы то ни было, кто пытается поработить нас, взять над нами верх, кто превозносится или кто желает контролировать нас через запугивание или унижение. Подобные лидеры - это лжеапостолы, лжепророки и лжеучителя. Бог их не посылал!

Мы изумляемся тому, как могли израильтяне после получения в изобилии манны с неба и перепелов возжелать яств Египетских. А разве не повторяет церковь то же самое снова и снова? История изобилует примерами того, как церковь делала выбор в пользу привычного духовного рабства вместо свободы хождения с Богом. Это привело к тому, что церковь чаще ходила путями этого мира, чем отправлялась в непредсказуемую пустыню, которую мы должны пройти, чтобы достичь Земли Обетованной. История церкви ХХ столетия - это история постоянного подчинения законничеству и жестоким духовным надсмотрщикам или обманщикам, которые лишь превозносили сами себя.

Основной конфликт

Самым большим конфликтом, о котором говорится в Новом Завете, является конфликт между законом и благодатью. Практически каждая книга Нового Завета - это с одной стороны фундаментальное утверждение той свободы, которую мы имеем во Христе, а с другой стороны - утверждение против вторжения законничества. Когда Иисус предостерегал Своих учеников “беречься закваски фарисейской”, Он имел в виду законничество этой секты. Иисус использовал метафору закваски потому, что ее характеристики сходны с законничеством. Когда маленькую часть закваски помещают в тесто, то очень быстро во всем тесте начинается брожение. Еще с тех времен велась эта постоянная битва, которая до сих пор так и не закончилась. Вполне возможно, что новые церкви, деноминации, движения или служения, свободные от подобной закваски, будут первыми победителями в этой битве. Этот фундаментальный конфликт новозаветной эры все еще продолжается, и церковь еще не победила в этой битве.

Это не подразумевает того, что церковь вновь взвалила на себя бремя Закона Моисея. Законничество приходит в различных формах. Мы часто думаем о Ветхом Завете как о законе, а о Новом - как о благодати, но это не всегда корректно. Если мы читаем Новый Завет с ветхозаветным сердцем, то он будет таким же законом для нас. Некоторые законы, вырванные из контекста Нового Завета, по своему действию иногда даже превосходят то, как фарисеи поступали с Ветхим Заветом. Закон, выжатый из Нового Завета, является таким же бременем, как и Закон Моисея. Конфликт между законом и благодатью - это стержень конфликта между Царством Божьим и нынешним веком тьмы.
Страх - это дверь к владычеству и контролю сатаны, в то время как вера - это дверь в Царство Божие. Мы подчиняемся контролю того, чего мы боимся. Никто не хочет быть обманутым, но когда мы боимся ошибиться и даем этому страху право господствовать над собой, ошибки будут все больше проникать в различные сферы нашей жизни. Некоторые христиане, подчинившись страху ошибиться, на сегодняшний день имеют больше веры в то, что сатана обманет их, чем веру в то, что Господь наставит их на всякую истину. Таким образом враг получает возможность увеличивать свой контроль над нашей жизнью. Такие христиане настолько боятся обмана, что становятся все более изолированными от остальной церкви. Из-за этого они часто перерождаются в секту или культ. Те, кто позволяют страху контролировать себя, разрешают сатане владычествовать в их жизни.

Многие служители, следящие за культами, сделали церкви добрую услугу, поднимая тревогу по поводу “Нового Века” и других ложных движений. К сожалению, некоторые из этих ревнителей принесли церкви гораздо больше вреда, чем смогли это сделать “Новый Век” или любой другой культ. Многие из этих групп, называющих себя “стражами” Тела Христова, на самом деле являются одними из наиболее эффективных орудий врага, действующих внутри церкви. После установления своего влияния благодаря познанию о культах эти люди начинают атаковать лидеров и движения в церкви. Они публикуют сплетни и слухи под видом проверенных фактов. Даже светские средства массовой информации проявили больше честности и порядочности по отношению к непроверенной информации, чем многие “охотники за ересью”.
Сатана прекрасно знает о том, что “всякий город, разделившийся сам в себе, не устоит” (Матфея 12, 25). Стратегией сатаны против церкви номер один является внесение разделений. Плод Духа Божия - это любовь и вера, которые приносят единство. Плод сатанинского духа сеет подозрения и паранойю, чтобы принести разделения. Страх - это бремя рабства, поэтому тот, кто руководит через страх, является лжеслужителем.

Наш Бог является Богом разнообразия, у Которого каждая снежинка имеет различную форму. Он сотворил каждого человека индивидуальным, каждая церковь не похожа одна на другую. Если мы позволим Ему, Он сделает каждое последующее собрание или служение непохожим на предыдущее. Почему Господь продолжает говорить нам, что Он творит “все новое”? Для чего Ему постоянно делать что-то новое? Только те, чья вера направлена не на видимые вещи, смогут вместить изменения, необходимые для того, чтобы увидеть исполнение Божьих обетований. Господь постоянно вносит новизну в церковную жизнь для того, чтобы наша вера была направлена на Него, а не на окружающую нас среду. Когда Бог посылает изменения, которые огорчают и раздражают нас, это является откровением о том, насколько сильно мы еще привязаны к своему окружению и как мало мы действительно верим в Него.

В истории можно найти так мало людей, которые не ослабевали на пути к обетованиям Божиим. Основная причина тому состоит в том, что лишь немногие оказались достаточно смелыми, чтобы пойти на риск и претерпеть изменения и как Авраам отправиться в незнакомые места. Когда мы осознаем чрезвычайную силу привязанности к привычному, тогда мы постигнем чудесный шаг веры, на который отважился Авраам, оставив Ур Халдейский.
Сегодня к церкви обращен такой же призыв, как когда-то к Аврааму. Чтобы воистину ходить с Богом, мы должны быть готовы оставить привычное и последовать за Ним в незнакомые места. Каждое новое духовное поколение должно сделать выбор между привязанностью к наезженным тропам старого порядка и готовностью пойти вслед за Богом в новое и неизведанное место, то место, где есть потенциал истинной свободы в Духе и веры в Бога. Лишь немногие из каждого последующего поколения или духовного движения пожелали расстаться с тем привычным, на что можно было опереться и чего придерживались все остальные, чтобы пойти узкой нехоженой тропой, где можно повстречаться с опасностями и обманом.

Бремя конформизма

Бремя конформизма, или приспособленчества, сродни кабале привычек. Это бремя появляется в результате того, что мы ищем гарантию своей безопасности у людей, а не у Бога. Библейское определение этого вида рабства - “боязнь перед людьми”. Стремление слиться с толпой вырастает из-за страха осуждения этой толпы. Истинное христианство в корне не приемлет путей этого мира. Бремя конформизма является основной причиной того, что многие отпадают от веры и уступают путям этого мира. Такие люди возлюбили людское одобрение больше, чем похвалу от Бога. Иисус строго указывал на этот вид рабства:

... вы выказываете себя праведниками пред людьми, но Бог знает сердца ваши: ибо, что высоко у людей, то мерзость пред Богом.
  Лука 16,15

Здесь ясно видно предупреждение тому, что если мы делаем что-либо, одобряемое людьми, то в глазах Бога это отвратительно. Обратное также истинно. То, что одобряет Бог, обычно ненавистно в глазах людей. Совершенно очевидно, что наши поступки будет кто-то ненавидеть! Кого же мы предпочтем: Бога или людей?
Единственное бремя, которое дает нам свободу вместо рабства, - это бремя Господа. Его бремя легко. Когда мы берем на себя Его бремя, наши души обретают покой вместо усталости. Когда мы живем с чистым и святым страхом Божиим, нам нет нужды бояться чего-либо еще на этой земле. Соломон свидетельствовал:

Боязнь пред людьми ставит сеть ...
Притчи 29,25

Люди, контролируемые боязнью перед человеком и стремлением к конформизму, никогда не смогут обрести покой. Они всегда будут находиться под бременем всевозможных страхов, от которых невозможно избавиться и успокоиться.
Израиль получил в наследие землю и стал жить под правлением Бога в качестве своего царя. Но позже израильтянам захотелось быть похожими на другие народы, и они избрали для себя участь страдать под бременем земного монарха. Это случилось не потому, что правление Бога было плохим, но потому, что иногда Его пути были совершенно непредсказуемыми и загадочными. Гораздо легче ис-кать гарантию своей безопасности в людях, которых мы видим, чем в Боге, Который невидим. Когда Израиль сделал свой выбор в пользу земного царя, тем самым он отдал предпочтение посредственности вместо святости и отделения себя для Господа. Даже достигнув Божьих обетований и живя в них, как это было с Израилем, мы можем отвести свой взгляд в сторону от Бога. Когда вместо постоянного сосредоточения на Боге мы начинаем вкладывать гарантию своей безопасности в то, что можем предсказать и контролировать, мы на пути отпадения от Его господства. Новые мехи могут стать старыми быстрее, чем большинство из нас может того ожидать.
Господь был милостив и ответил на требование Израиля о царе. Он дал им того, кто лучше всего отвечал их запросам. Саул был тем царем, которого они могли понимать и на которого могли полагаться. Наличие царя давало Израилю возможность скрыть свое особое призвание и стать подобным окружающим его народам. Очень мало тех людей, которые не боятся быть непохожими на остальных. Почти все истинные движения Божьи, включая те, которые обрели чрезвычайный успех и вкусили плоды Божиих обетований, со временем деградировали и превратились в организации, больше похожие на корпорации, чем на Библейскую церковь. Даже когда мы входим в Божью Обетованную Землю, это бремя конформизма остается огромной скрытой ловушкой. Без бдительности в том, чтобы Господь всегда оставался центром нашего внимания, мы можем в любое время в нее попасть.

Время от времени царь Саул проявлял свою истинную сущность. Старейшины Израиля захотели сделать все по-своему, и Саул явился олицетворением этого своеволия. Но люди приняли это и пошли за Саулом. Примечательно, что люди продолжали следовать за ним и тогда, когда его безумие стало очевидным. Они проявили к Саулу ту же демоническую лояльность, какую проявляют многие замученные и униженные жены или дочери к своим мужьям или отцам. В обоих случаях люди непостижимым образом ищут свою защиту именно в тех, кто жестоко их оскорбляет. Этот вид лояльности не делает чести, но является печальным свидетельством искалеченной человеческой души. Подобная кабала привычек, возможно, является самым нелогичным бременем, какое только может быть у человека, но в то же время оно одно из самых сильных.

Когда пришло время заменить Саула, Господь послал пророка Самуила к Иессею и его сыновьям. Временами Самуил также был подвержен игу привычного, как это может случаться даже с самыми чуткими людьми Божьими. Подходя к дому Иессея, Самуил начал размышлять в соответствии с собственными ожиданиями и стал искать человека, внешне похожего на высокорослого Саула, к которому уже все привыкли. Однако Господь избрал того, чей вид ясно говорил о том, что это был маленький пастушок, но чье сердце было сердцем царя и пророка. Давид был тем человеком, который “пришелся Богу по сердцу”. Он был тем, кто прежде всего искал благоволения и одобрения Божьего. Люди этого не понимали, поэтому прошло много времени, прежде чем они приняли его. Обычно так и происходит: народ Божий не сразу признает тех, кто обладает истинным духовным авторитетом.

Шли года, и дни Саула подходили к концу, и тогда Иудее стало ясно, что Давид был Божьим помазанником. Когда Иудея провозгласила Давида царем, Израиль не сразу последовал за ней. Хотя Господь говорил израильскому народу, из-за их слепой приверженности дому Саула на престоле Израиля сидел потомок Саула. Израиль был обречен на то, чтобы оставаться в привычном. Народ Израиля продолжал искать Саула, хотя им следовало искать Давида. Тот же самый выбор стоит перед церковью последнего времени. Станем ли мы продолжать слепо следовать старому и привычному порядку, или мы примем новый порядок, хоть и непривычный, но избранный Богом.

Эндрю Муррей многие годы настойчиво молился о пробуждении. Когда же оно пришло, он ему воспротивился, как и многие другие поступали до него и после него. Сегодня большинство церквей говорит о пробуждении. Пасторы убеждают своих людей молиться о пробуждении, но в то же время не одобряют служения тех, кого поднимает Бог для подготовки церкви к новому движению. Охваченная боязнью ошибиться и впасть в фанатизм, церковь часто неистово ищет то, что Бог уже давно приготовил. Нас не удовлетворяет нынешнее положение дел. Но если Божье “новое движение” не придет так, как мы того ожидаем, то мы будем склонны скорее отвергнуть его, чем принять. И по-видимому не имеет значения то, как много мы проповедовали о необходимости нового движения. Как долго церковь будет продолжать провозглашать открытость ко “всему, что имеет Бог”, и в то же время ограничивать Его действия, “давая добро” только на то, что контролируемо и предсказуемо и что соответствует нашему опыту и учениям?

Интересен тот факт, что церкви и личности, которые больше всего проповедовали и предсказывали то, что Бог собирается совершать что-то новое, чаще всего становились наиболее ярыми противниками изменений! Некоторые люди больше всего проповедуют о том, чего они на самом деле больше всего боятся. Наверное, они думают, что проповедовать об этом достаточно для того, чтобы защитить их от реальности. Реакционная проповедь чаще всего является отражением собственного бремени проповедника. Совсем недавно тот, кто был в первых рядах национальной антипорнографической кампании, сам оказался склонным к порнографии. Многие (но не все) служители, борющиеся с культами, как выяснилось, сами имеют такие учения, которые гораздо хуже, чем те культы, за которыми они следят. Как сказал апостол Павел: Ибо мы не сильны против истины, но сильны за истину (2 Коринфянам 13, 8). Евангелие не реакционно. Оно не против других. Евангелие - за истину. Истина, открываясь, автоматически рассеивает тьму. Если мы будем больше тратить времени на то, чтобы открывать истинное, а не беспокоиться о лжерелигиях и лжеучениях, то наш свет очень быстро выявит и преодолеет любую ложь.

Подобно этому, если мы проповедуем “нечто новое” как реакцию на старый порядок, то мы превратим новые мехи в старые еще быстрее, чем наши предшественники. Просто “нечто новое” - это не то, в чем мы нуждаемся. Мы нуждаемся в новом сердце, таком сердце, которое видит свою безопасность только в Боге. Мы не нуждаемся в новом окружении или даже в новых мехах, - прежде всего нам нужно новое вино. Если мы получим всего лишь еще нечто новое - новую истину или новую форму поклонения, - то и все это также очень скоро станет ветхими мехами. Новое вино действительно нуждается в новых мехах, но не вино предназначено для мехов, а мехи - для нового вина. Нам не нужны новые мехи, пока у нас нет нового вина.

Я не нашел ни одного примера в истории церкви, чтобы новое вино было когда-либо произведено теми, чье внимание прежде всего было сосредоточено на поисках новых мехов. Нельзя из этого сделать вывод, что такого не может произойти в будущем, но во всяком случае до сих пор такого еще не было. С другой стороны, каждое новое движение, получившее новое вино, затем находило новые мехи, чтобы его удержать. Церковь первого столетия вообще не имела мехов, а стала делать их по ходу. Христиане того времени делали мехи, чтобы удержать реальность того, что происходило среди них. Когда мы просто ищем новые мехи, не имея нового вина, это обычно является реакционным действием. Если же мы ищем новое вино, нам будет дана мудрость для того, чтобы в назначенное время сделать подходящие мехи.

Восстановление и обновление

Почти все великие реформаторы в церковной истории, такие как Лютер, Уэсли и Зинзендорф, старались остаться в своих материнских церквах, чтобы увидеть, как те реформируются. И только тогда, когда становилось невозможным оставаться там, где они были, эти люди начинали новое движение. Я говорю это для того, чтобы мы не реагировали неправильно на свое нынешнее окружение, превратно используя эту истину о “кабале привычек”. Мы должны верить в Бога, а не в свое окружение, независимо от того, новое оно или старое. Бог не сказал, что Он будет создавать все новое за новым, но что Он преобразует старое в новое. Это говорит о процессе обновления.

С тех пор как началась Реформация, возник конфликт между теологией обновления и восстановления. Вполне очевидно, что Бог делает и то и другое. Мудрый вынесет из своих сокровищ, как старое, так и новое. Многие старые и сравнительно инертные деноминации сегодня имеют больше жизненной силы от Бога, чем церкви, считающие себя “новыми мехами”, тем не менее ставшие реакционными. Многие (но не все) “внеденоминационные” церкви впали в ужасный дух гордости, сектантство и консерватизм, которые настолько же сильны, как и пороки деноминационных церквей. К тому же, существует множество деноминационных церквей, в которых почти полностью отсутствует дух сектантства. Эти деноминационные церкви открыты для Церкви в целом и более открыты для того нового, что делает Бог, чем многие из тех, которые были в передних рядах самых последних движений Бога.

... Бог гордым противится, а смиренным дает благодать.
Иакова 4,6

Бог делает это независимо от того, какая вывеска висит на их дверях.
Бог приготавливает новые мехи и обновляет некоторые из старых. В Библейские времена существовал процесс обновления старых, заскорузлых мехов, чтобы их можно было снова использовать. Сначала их погружали на несколько дней в масло, а потом - в воду. После этого они становились такими же мягкими, как и новые мехи.

Некоторые из старых деноминаций начали сознавать, насколько пустыми и лишенными Бога они стали. Со смиренным сердцем они стали взывать к Богу за помощью, и Он начал отвечать им, так как Бог “смиренным дает благодать”. Многие (но не все) “новые мехи” из наиболее поздних движений так возгордились своими достижениями, что они больше не ищут Бога. Они больше не открыты к тому новому, что делает Бог. Несмотря на то что там проповедуется об открытости к новым Божьим веяниям, многие из этих церквей на самом деле стали более заскорузлыми, чем те, о которых они говорят как о старых мехах. Многие из них стали или станут противниками следующего движения Божьего. В своей гордости они просто не могут представить себе то, что Бог будет делать нечто новое не через них. Из-за этой гордости Бог противится им. Они останутся далеко позади, если не покаются.

О невесте Христовой сказано, что она будет “без пятна или порока” /в английском переводе - “без пятна или морщинки”/. То, что она будет без пятна, говорит об очищении греха. То, что она будет без морщинки, говорит о вечной молодости: она не будет стареть! Невеста Христова будет иметь такое сердце, которое будет сохранять ее свежей и молодой. Истинная церковь приобретет это качество перед тем, как Бог возвратится за ней. Как и Авраам, первый, кто взыскал того, что строил Бог, мы должны будем охотно отделить себя от привычного, чтобы войти в незнакомое место и найти это.

X